Некогда дорогой костюм герр Меркаева давно приобрел засаленный вид и истрепался. А рубашку стоило отдать в стирку. К тому же по-немецки герр Профессор говорил так же неопрятно — с сильным иностранным акцентом, длинными паузами, вставлял невразумительные ученые словечки, с каждым предложением уклонялся от темы все больше и больше, нагнетая справедливое раздражение Шефа.

Пауль аккуратным школьным почерком принялся записывать в блокнот ключевые тезисы выступления, имена и даты — которые смог разобрать. Но, совсем не для того, чтобы лишний раз блеснуть перед начальством служебным рвением. Просто выступление герр Профессора оказалось таким сугубо научным, а местами просто нудным, что не будь у Пауля железной воли настоящего арийца, он сладко задремал бы уже в первые пять минут! А записи помогал ему сохранить некоторую ясность сознания, пока оратор тыкал пальцем с обкушенным ногтем в большой глобус, стоявший на столе и рассуждал об историческом генезисе панъевропейской идеи.

… Идеи уникальной и совершенно отличной от того, что понимают под термином «Соединенные Штаты Европы» или «Европейской интеграцией» нынешние буржуазные демагоги от демократии и даже приверженцы коммунистического интернационала.

Панъевропейская идея.

— Всемирный коммунистический интернационал и по сию пору не более чем умозрительная геополитическая абстракция! — торжественно поднял вверх указательный палец профессор. Пауль послушно занес в конспект слово «абстракция», — А панъевропейская идея уже доказала свою практическую состоятельность, когда в Европу победной поступью вступили войска Темучина! Еще тогда, в невообразимо далеком прошлом — в тринадцатом веке… Всего за тридцать с небольшим лет легкая конница великого монгола приобщила к этой идее коварных китайских управителей, суровых русских князей и изощренных в дипломатии арабских эмиров. Мобильные отряды лучников Темучина сокрушили рыцарские панцири тевтонов и разнесла в пух пестрые отряды ландскнехтов.